Заклятый враг нравственности и благопристойности, искушающий, даже когда сросшийся с кожей страх осуждения забирал бразды правления, усмиряя естественные желания в пользу требований приличного общества. Однако тень смело вступала в свои права обычно только в особенно удачные моменты, когда, к примеру, профессор уже давно спал, и сквозь щель в ванную можно было незаметно полюбоваться хорошенькой девушкой. С ней не приходилось долго думать или чувствовать себя мерзавцем, — та находила оправдания всякой шальной мысли, шептала на левое ухо: «безгрешны только младенцы», и рука уже как-то сама тянулась к пышной груди служанки. Сейчас и в тени что-то изменилось: она была на редкость бесноватая, металась, точно ей всё никак не давалось целиком завладеть Альфредом.
    Мы рады всем, кто неравнодушен к жанру мюзикла. Если в вашем любимом фандоме иногда поют вместо того, чтобы говорить, вам сюда. ♥
    мюзиклы — это космос
    Мультифандомный форум, 18+

    Musicalspace

    Информация о пользователе

    Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


    Вы здесь » Musicalspace » Фандомные игры » Brilliant lunatic


    Brilliant lunatic

    Сообщений 1 страница 7 из 7

    1

    Фандом: Chess
    Сюжет: основной

    BRILLIANT LUNATIC
    гениальный безумец

    https://imgur.com/FCG7JZu.jpg https://imgur.com/dXKAZcw.jpg https://imgur.com/eCXQhVo.jpg

    Участники:
    Florence Vassy, Freddie Trumper

    Время и место:
    Майами, март 1974 года


    Хорошенькая англичанка из Венгрии приезжает в Америку на отборочный турнир по шахматам, победитель которого должен будет летом сразиться с чемпионом мира из СССР, Борисом Спасским. Советский Союз уже много лет удерживает лидерство. Но, быть может, в этом году найдется достойный соперник? Фредерик Трампер, скандальная рок-звезда от шахмат, горит желанием дойти до финала и встретиться с маститым чемпионом лицом к лицу, чего бы это ни стоило... ему или окружающим.

    +2

    2

    В Англии жизнь мисс Васси казалась ей почти нормальной. Даже постепенно стали забываться те тяготы, с которыми были связаны события в Венгрии. Нет, Флоренс бы никогда не забыла и не простила русских за то, что они сделали с ее отцом, просто теперь она принимала это как устоявшийся, случившийся факт, после которого ей необходимо было двигаться дальше. Она росла, училась, старалась найти себе дело по душе. И оно оказалось крайне необычным для такой девушки как Флоренс. В Англии Флоренс увлеклась шахматами серьезно. И если в Будапеште это еще были робкие попытки маленькой девочки, то здесь ее стали одолевать некого рода амбиции, хотя прежде амбициозной Флоренс себя не считала. Она хотела было участвовать в турнирах не только в Лондоне, но и за его пределами, но даже по меркам школы выдающегося игрока из Флоренс не вышло. Тогда судьба свела ее с шахматным миром, позволив ей окунуться в него, но не в качестве игрока.
    Однажды она познакомилась с Джоном Майлсом. В семидесятые годы двадцатого века в Британии шахматы были довольно популярны, и многие хотели начать свою шахматную карьеру. Первый свой чемпионат Великобритании Джон выиграл еще в 1967 году в возрасте шестнадцати лет, что для Флоренс стало признаком целеустремленности молодого человека. Сама Флоренс, на тот момент ровесница Джона, слышала об его успехах только по телевизору. Но когда им обоим было по восемнадцать лет, Флоренс становиться частью его тренерского штаба и начинает делать робкие шаги в помощи будущему чемпиону мира.
    Правда чемпиона мира из Майлса так и не вышло. В конце 1973 года он, после ряда проигранных матчей, объявляет, что заканчивает свою карьеру. И на этом могла бы и Флоренс поставить на своей карьере жирную точку, если бы не ее общие с Майлсом знакомые, которых она сумела узнать, пока работала вместе с ним. Именно они и предложили ей встретиться с Фредериком Трампером - скандально известным шахматистом из США. О нем Флоренс только слышала, но могла себе представить, насколько не радужной будет эта встреча. Она долго думала над этим предложением, но все же те самые пресловутые амбиции, которые появились еще в средней школе, взяли верх. Флоренс не хотела заканчивать свою карьеру в двадцать три года из-за прихоти Майлса, поэтому в марте 1974 года взяла билет до Майями.
    Флоренс никогда не покидала пределы Европы, поэтому полет в США был для нее, своего рода, приключением. Эта страна казалась ей далекой, даже не существующей. И трудно было представить, что там живут люди тоже разговаривающие на английском языке, но, при этом, далеко не такие чопорные и хмурые, как многие англичане. К тому же, ей предстояло не только познакомиться с Фредериком Трампером, но и каким-то образом попытаться стать частью его команды. На стороне Флоренс был опыт в три года и желание.
    Майями встретил Флоренс довольно теплой погодой. В Лондоне в марте еще хмурились тучи и дул пронизывающий ветер, здесь же была абсолютно летняя погода. Флоренс вглядывалась в легко одетых людей, которые столпились в зале ожидания, чтобы встретить прилетевших. Среди встречающих ей удалось найти и тех, кто предлагал такси. К счастью, в Америке говорили на английском, и, не смотря на свойственные американцам жаргонизмы, Флоренс легко поняли. К тому же, Майями явно готовилось к отборочному туру перед чемпионатом мира, и сюда слетались многие любители шахмат. Таксист даже сразу понял, куда отвезти Флоренс.
    Снятая гостиница была специально недалеко от того места, где должен был проходить турнир, и именно там останавливалось большинство игроков, которые прибыли на отборочный тур. Да и журналистов здесь явно хватало. Флоренс не без труда протиснулась в толпе к входу в гостиницы, таща за собой тяжелый чемодан. Толпа явно кого-то ожидала, тут и там щелкали затворы фотоаппаратов.
    - Да что бы вас, - пробормотала Флоренс. - Неужели нельзя было встать в стороне?
    Но никто не удостоил ее даже толикой внимания. Извиняясь и едва не спотыкаясь она продолжила свой путь. Наконец-то мисс Васси оказалась на первой ступени у входа в гостиницу, но тут толпа зашумела и начала двигаться. Один неверный шаг, и Флоренс почувствовала, что ее каблук за что-то цепляется. Не успела она заметить, как налетела на какого-то мужчину, едва не сбив его с ног.
    - Простите, простите, - забормотала Флоренс, чувствуя весь конфуз ситуации. Ну и начало.

    +2

    3

    Все шло не так. Однозначно, бесповоротно, решительно не так. Все было просто отвратительно.
    Фредди прилетел в Майами в дурном настроении, накануне вдрызг разругавшись со своим помощником - наверное, последним человеком из клуба, с кем ему еще удавалось поддерживать адекватные отношения. Снять на немногие остававшиеся деньги люкс, разумеется, было плохой идеей, Фредди это тоже понимал, но не собирался размениваться на меньшее. В конце концов, для хорошей игры ему требовалось удобство, качественная еда и полный комфорт, в котором ничто не будет отвлекать от партий. Неужели это так сложно понять? А также смириться, что раз уж Фредди Трампер лучший, то ему и требуется только самое лучшее. Да, сразу, не дожидаясь победы на чемпионате мира. Потому что тот, кто не верит в его несомненное первенство, не достоин состоять в его команде.
    Как-то так и вышло, что по прибытию в Майами Фредерик Трампер был твердо уверен только в одном: у него впереди оплаченные две недели в номере люкс, по окончании которых ему придется где-то найти деньги. Желательно - выиграть несколько схваток, чтобы заложить отличный старт, и найти спонсоров, жаждущих увидеть продолжение его триумфального шествия по турниру. В идеале - еще и продать себя подороже несколько раз на телевидение и журналистам. Но для этого нужно быть тем, чье интервью люди готовы оторвать с руками, не размениваясь на кого-то иного. И на все это у Фредди две недели. В одиночку, без поддержки... не привыкать. Как будто он всерьез рассчитывал на людей раньше, ведь нет?.. Ответить на этот вопрос так, чтобы ему нравился ответ, не получалось, и это злило Фредди куда больше, чем назойливое внимание журналистов и каверзные вопросы. Нет бы спрашивали о шахматах - он бы с удовольствием отвечал, что его блестящие ходы были тщательно спланированы заранее, продиктованы внезапными озарениями или вовсе случайность. В зависимости от настроения. Но это были бы разговоры о шахматах, а не о его бэкграунде и личной жизни, которыми он не планировал делиться.
    - По крайней мере, ты красавчик, - сказал из зеркала его единственный друг, прежде чем Фредди подмигнул ему и вышел из номера отеля. До турнира оставалось не больше часа, и он планировал прогуляться в ближайшем парке, чтобы избавиться перед игрой от назойливых мыслей. Хорошо бы там был пруд - вода успокаивает и восстанавливает внутреннюю гармонию, чего ему сейчас очень не хватало. Да и всегда, впрочем. В рекламном проспекте писали, что Майами весь пронизан каналами и небольшими озерами, Фредди это полностью устраивало.
    Нужно будет как-нибудь выбрать время и съездить на побережье... С этими мыслями он спустился в фойе и неожиданно был остановлен своей собственной фамилией, прозвучавшей громко, четко, и с каким-то даже пренебрежением. Не постеснявшийся помянуть Трампера всуе молодой мужчина бахвалился перед парой журналистов, что без труда обойдет этого американского выскочку - проанализировав последние партии восходящей американской звезды, он пришел к выводу, что тот посредственный игрок и совершенно не стоит шумихи, разговоров и хоть какого-нибудь внимания.
    Кровь бросилась Фредди в голову. Развернув наглеца за плечо на полуслове, он тут же потребовал повторить сказанное в лицо, а не за спиной. Словесная перепалка едва не переросла в драку; охрана отеля бросилась разнимать шахматистов. Толпа за дверями отеля заволновалась, сквозь высокие окна наблюдая потасовку; журналисты, которых не пустили в вестибюль, принялись щелкать затворами фотоаппаратов.
    Фредди вылетел из отеля, оттолкнув пару человек в сторону, развернулся и припечатал обидчика обещанием размотать его в первой же схватке. Несколько шагов прочь, почти спиной, не желая оставить последнее слово за соперником - и вот он едва не свалился под ноги толпе, столкнувшись с кем-то. Фредди выругался, с трудом удержался на ногах и резко развернулся. Его негодование разбилось об огненные волосы, полыхнувшие почти ему в лицо ярче жаркого солнца Майами. Девушка извинилась, и он ляпнул, почти не думая, придержав ее тяжелый чемодан:
    - Не страшно. - А в следующий момент до него долетел ропот толпы, и перекрывший голоса смех оппонента. - Да пошли вы все! - рявкнул Фредди в сторону отеля почти поверх рыжеволосой девушки, которая едва не сшибла его с ног. И, заполировав ругань неприличным жестом, бросился прочь.
    - Что произошло там? Кто-нибудь слышал? - раздалось где-то неподалеку от Флоренс. И следом в ответ:
    - Кажется, Шамье во время интервью назвал Трампера посредственностью.
    - А если все же Трампер победит?
    - У Шамье хотя бы предок был прекрасным шахматистом. А кто вообще слышал о Трампере?
    - Ну не скажите...
    Многоголосая толпа переговаривалась, шумела, журналисты отчаянно пытались выудить из очевидцев подробности, но никто не бросился следом за одним из участников потасовки, стремительно удалявшемся прочь по улице.
    Парк с несколькими водоемами преградил ему путь, и Фредди замедлил шаг, сворачивая на усаженную зеленью аллею. Внутри все кипело и клокотало.

    +2

    4

    Флоренс почти одновременно ощутила две вещи: то, что было ужасно стыдно врезаться в незнакомого человека, и то, что плечо начало ныть, как результат этого самого столкновения. Мисс Васси подняла голову, откидывая пряди рыжих волос с глаз. В своей обычной манере Флоренс носила распущенные длинные волосы. Ее мама всегда удивлялась, как ей удобно с такими волосами, но Флоренс не изменяла своему стилю и никак не поддавалась на уговоры мамы отрезать волосы.
    "В моде короткие стрижки", - твердила ей мама, но Флоренс ее уверяла, что "мальчишеские" стрижки остались еще в 60-ых, а теперь, в новом десятилетии, гораздо чаще встретишь длинные прямые волосы.
    Мужчина, в которого она врезалась, показался ей довольно молодым. Возможно, он даже был младше ее, и по-своему симпатичным. Флоренс не была сторонницей того, чтобы идеализировать мужчин и, тем более, не была как ее подруги из Англии, которые делали брак и детей смыслом своей жизни. Ради этой цели они готовы были согласиться на предложение любого мало-мальски знакомого мужчины, считая его самым достойным и прекрасным.
    Кажется, мужчина принял ее извинения. Буркнул что-то типа "не страшно", а затем огрызнулся на всех собравшихся.
    Что же там произошло? Флоренс придержала свой чемодан, несколько человек хотели было побежать за ним, но остановились на лестнице отеля. Флоренс проводила молодого человека взглядом, и вошла в холл отеля.
    Времени у Флоренс было немного, меньше через час должен был начаться турнир, и Васси должна была успеть к началу, ведь от этого зависела ее будущая работа, будущая судьба. Она должна была обязательно встретиться с Фредериком Трампером и убедить его взять ее на работу. Только тогда она сможет остаться в США, в противном случае ей придется возвращаться обратно домой, а этого Флоренс очень не хотела.
    Она вытащила из чемодана первый попавшийся брючный костюм, время на раздумье совсем не было. Это был строгий деловой черный костюм, который совсем не подходил к теплой и солнечной погоде в Майями даже в марте, зато наводил на мысли о том, что Флоренс здесь для деловой миссии. Оглядев себя в зеркале в номере, она осталась довольной.
    По договоренности со своими знакомыми Флоренс должна была встретиться с ними уже на турнире, а там они должны ее были представить мистеру Трамперу. Дальше все зависело от самой Флоренс, необходимо было убедить Фредерика, что она могла бы работать вместе с ним. О Трампере Флоренс знала лишь то, что ей рассказали. В Англии редко увлекались заокеанскими шахматистами, если только они не выступали на Чемпионатах Мира, сражаясь за первенство с англичанами. Англия на то и старая добрая консервативная Англия, чтобы придерживаться своих устоев даже в шахматном мире. Мало кто увлекался шахматистами из-за рубежа. Поэтому все, что оставалось Флоренс, это довольствоваться рассказами своих знакомых. Но какое-то впечатление Флоренс все-таки удалось сформировать. Она слышала, что Трампер довольно экспрессивный, но все же талантливый. В этом, отчасти, Флоренс и должна была убедиться на турнире. Впрочем, вопреки убеждениям ее знакомых, она попросила познакомить их до турнира. Меньше всего Флоренс хотелось, что Трампер подумал, что она это делает либо из-за того, что он победил, либо из-за жалости, если проиграет. Очень важно было показать, что вне зависимости от его успехов, она хотела бы работать с ним.
    Пришла Флоренс во время. Зрители еще рассаживались по своим местам, а до начала оставалось еще четверть часа. Проходя между рядов, Флоренс услышала разговоры, что есть какая-то заминка.
    - Никто не пришел.
    - Нет ни помощника, ни самого Трампера.
    - И как быть? Ведь есть регламент турнира.
    Флоренс крутила головой, радуясь, что она в Америке и что здесь говорят на английском. Так, по крайней мере, она чувствовала себя в своей тарелке.
    - Эй, - кто-то тронул Флоренс за локоть. Повернувшись, она увидела своего знакомого - Итана. Того самого, который и рассказывал ей про Трампера. - Смотри, вон он идет.
    Флоренс сразу поняла, о ком речь. Она повернула голову, следуя указаниям Итана и едва не открыла рот от удивления. Это был тот самый парень, с которым она столкнулась.

    +2

    5

    Как бы Фредди ни храбрился, как ни плевал с высокой колокольни на покинувшего его помощника, на душе у него было паршиво. Впереди длинный сложный турнир, целая плеяда известных шахматистов, включая советских, через которых ему необходимо продраться, да не просто обыграть, но еще и повысить в схватках свой рейтинг ФИДЕ, а это не так-то просто. Мало обойти собравшихся, главное - победить самого себя, и именно это казалось Фредди почти невозможным. Он хорош, перспективен, просто великолепен, однако хватит ли этого для победы? Победы собственных амбиций. Фредди мог сколь угодно долго выпендриваться перед камерами, снисходительно отзываться о противниках, нарекать Петросяна и Спасского советскими танками, прущими напролом, но перед самим собой бахвалиться не получалось. Он, безусловно, обойдет большинство из тех, кто сейчас стекается в Конференц-центр, и вне всяких сомнений будет одним из претендентов на финальную схватку с чемпионом мира. Одним из. Не единственным. Вот оно... неуверенность грызла изнутри, страх поднимался ледяной волной и сжимал горло. А кругом призрачной стеной стояли люди: поклонники и недоброжелатели, завистники и равнодушные. Последних, впрочем, было меньше всего, но и они были на другой стороне, не на его. Фредди Трампер против всего мира.
    "К черту всех вас", - зло подумал Фредди, разворачиваясь в сторону Конференц-центра. До начала оставалось не так много времени.
    Его встретили, кажется, с облегчением. Еще бы - массовые туры, когда в залах стояло несколько столов, и участники толклись там как рыбы в бочке, играя друг с другом вперекрест, лишь бы взобраться повыше в рейтинге, завершены. К тем партиям внимания было гораздо меньше, чем сейчас. В Майами съехались сливки шахмат со всего мира, чтобы сразиться друг с другом за право бросить вызов Борису Спасскому уже летом. Фредди готов был на все, чтобы получить этот шанс.
    Ну, кроме, разве что, игры при плохом освещении. И игры без того необходимого, что он указывал в требованиях заранее.
    - Это что, шутка?
    Он сузил глаза, едва скользнув взглядом по людям и вперив его в шахматный стол. Свет проникал в зал сквозь высокие окна, и этого вполне хватало для прекрасной видимости; стол стоял между залом и стеной, на которой расположили вертикальную шахматную доску. На ней ассистент должен был дублировать сделанные шахматистами ходы, чтобы зрителям в зале не приходилось рассматривать позицию в бинокль. Доска была как на ладони - до тех пор, пока напротив Трампера, спиной к окнам, не сел его противник, и его тень не накрыла собой шахматы.
    - Да какого черта?! - взвился Фредди, приподнял свой стул за спинку и с силой ударил его ножками в пол. - Я требовал - требовал! - идеального освещения в зале. И вы мне предлагаете это?! Как я должен играть, по-вашему? Разглядывая тень противника?!
    По залу пролетел шепот - многие знали или хотя бы слышали о несносном нраве талантливого американца, другие же столкнулись с этим впервые и наблюдали сцену то ли с осуждением, то ли с жадным любопытством, а может, с тем и другим разом. Один из помощников засуетился:
    - Можно включить верхний свет, мистер Трампер, или принести дополнительные лампы. Пожалуйста, начинайте игру.
    - Где ваш секундант? - холодно поинтересовался арбитр, положив руку в белой перчатке на часы.
    - Я один, - Фредди дернул плечом. Вообще, он собирался выдать какую-нибудь забавную историю вроде того, что убил своего помощника за углом, но настроение так быстро качнулось в отрицательное, почти в бешенство, и шутить расхотелось. Он все же дождался дополнительную напольную лампу, направленную на доску, и лишь тогда сел на свое место.
    Арбитр запустил часы. Игра началась.
    Фредди быстро, почти не думая, двигал фигуры. Его противник терял гораздо больше времени, высчитывая наиболее верный ход, - и это в дебюте! Всерьез надеется на то, что игра не затянется? Или уверен, будто быстро и без труда будет принимать решения в эндшпиле, времени на который почти не останется? "Напротив меня идиот", - мысленно заключил Фредди и потянулся за одной из бутылочек с минеральной водой, приготовленных для шахматистов. А потом, осмотрев нехитрый ассортимент, требовательно воззрился на помощников.
    - В списке того, что мне необходимо на турнире, значилось молоко. Где оно?
    Те с некоторой растерянностью переглянулись. Услужливый помощник, что позаботился о свете, неуверенно предложил сбегать в магазин, но арбитр с той же холодностью, что и прежде, запретил. Это работа для команды шахматиста, а вовсе не для ассистентов, тем более во время партии. Фредди смерил судью уничтожающим взглядом.
    - У вас ко мне что-то личное, господин арбитр?
    - Ничуть. Правила едины для всех.
    - К черту ваши правила.
    Он и правда мог послать их всех к черту, выйти посреди партии, дойти до магазина и вернуться с пачкой молока, сделать себе любимый коктейль - молоко с минеральной водой, - но время! Сколько он потратит на это? Какую фору даст сопернику? Успеет ли сам вывести игру в эндшпиль и отыграть его с полной отдачей, не торопясь и обдумывая ходы? Или из-за нехватки драгоценного времени, из-за того, что сам же растянет дебют, фактически подарит противнику победу? Даже ничья - проигрыш для Трампера, проигрыш самому себе из-за рейтинга ФИДЕ. Чертово молоко, чертов арбитр, чертовы безмозглые ассистенты, не способные выполнить элементарные требования одного из фаворитов турнира.
    - И я запрещаю вам покидать игровую зону до окончания партии, мистер Трампер, - все такой же холодный и спокойный тон арбитра мгновенно разрешил все сомнения, как будто строгий судья мог читать мысли. - Как и вашему оппоненту. Правила едины. Для всех.
    Внутри все кипело, Фредди тщетно пытался сосредоточиться, но уже не видел партию так же четко, как несколько минут назад.

    +2

    6

    Флоренс казалось, что это какая-то шутка. Она прилетела в Америку через полмира ради того, чтобы попытаться начать работать с ним? Нет, она часто слышала, что гении порой имеют странный характер, но не думала о том, что ей придется с этим мириться. А ведь придется, если она действительно хочет получить такую работу. Флоренс с осуждением посмотрела на Итана. Ведь он прекрасно знал, кто это. Понимал, с какими сложностями придется столкнуться Флоренс. Но вдруг неожиданно она подумала совсем о другом: что если Итан понимал, что она справиться? Эта странная, словно взявшаяся ниоткуда мысль, подбадривала. Флоренс действительно захотелось справиться, доказать, что она сможет стать достойным секундатом. Ведь это - ее шанс, и, возможно, один на миллион.
    Началась игра. Флоренс почувствовала, что начинает ерзать на стуле, сказывалось волнение. Она хотела не только посмотреть на что способен мистер Трампер за игровой доской, но и как он будет вести себя во время матча, ведь от этого многое зависит. Джон, например, был очень инфантильный. Многие вещи он воспринимал по детски, на многие реагировал очень остро, но, по сути, был безобидным. Правда так и не смог выдержать прессинга. Как только все его победы сошли на нет, он тут же завершил карьеру. Детский и глупый поступок.
    Но уже сейчас было видно, что Фредерик Трампер совсем другой.
    Мисс Васси вздрогнула, когда Трампер заговорил. Его голоспрозвучал резко, не привычно, словно он кащуственно нарушил тишину, что должна была сопровождать игру. Карандаш, которым Флоренс записывала ходы, дрогнул, оставляя неровную линию в блокноте.
    Молоко? Она смотрела на Трампера во все глаза. Он серьезно? Аппонет Трампера взирал на него как на безумного. Только что он стучал стулом, и едва смог начать игру, как теперь ему потребовалось молоко. В зале начали переговариваться, кто-то хихикнул. Флоренс бросила на него недовольный взгляд. Помощники арбитра были удивлены, не сразу поняв, как им правильно поступить. Но арбитр не хотел идти на уступки мистеру Трамперу. Положа руку на сердце Флоренс вынуждена была признать, что арбитр прав.
    Флоренс встала, Итан пытался поймать ее за руку, но тщетно. Кто-то зашептался, упрекая Флоренс, что она решила покинуть свое место в то время, как матч не окончился. Но большинство следили за баталлией между Трампером и арбитром. Флоренс слышала, что невомутимый арбитр настаивал на своем. Она бросила быстрый взгляд на экран. Судя по всему, партия быстро не закончиться. Флоренс буквально выбежала из зала. Кто-то окрикнул ее в коридоре, девушка не отреагировала. Она сбежала с лестницы, мысленно благодрая кого-то незримого, что не зацепилась каблугом и полетела кубарем. На улице порыв ветра коснулся ее пылающих щек. Флоренс прижала к ним руки, повертела головой. Рядом пронисились машины, слышались голоса людей, но она словно не замечала их вокруг. Все ее внимание было приковано к вывеске "Supermarket".
    На прилавках она взяла две бутылки молока и, обгоняя неторопливых покупателей, устремилась к кассе. Сделать это получилось не сразу. Женщина с большой тележкой с продуктами преградила ей путь.
    - Пожалуйста, мне только это, - Флоренс показала на молоко. - Я очень спешу.
    К ее счастью открылась вторая касса, свернув в сторону, она оказалась первая в очереди.
    Путь обратно прошел в таком же бешеном темпе. Флоренс едва успела проскочить на зеленый, и теперь вновь преодалевала лестницу с такой скоростью, что позавидовал бы и легоатлет. У зала Флоренс остановилась. Не хватало еще вбежать туда с видом пробежавшего стометровку за самое короткое время. Она глубоко вздохнула, стараясь успокоиться, аккуратно преоткрыла дверь. Арбитр посмотрел на вошедшую с неодумением и осуждением. Зрители не должны мешать партиям своим хождением туда-сюда, но Флоренс проигнорировала его взгляд. Она пошла в сторону Фредерика Трампера уверенным шагом. Помощники арбитра протянули руки, чтобы остановить ее жестом, но не успели. Флоренс поставила две бутылки молока рядом с минеральной водой.
    - Мистер Трампер, простите за задержку. Вы хотели молоко?

    Отредактировано Florence Vassy (2023-12-04 22:18:13)

    +1

    7

    Ошибка. Фредди понял, что совершил ее, лишь уже коснувшись фигуры - пути назад не было. Ход, который ему пришлось сделать, растягивал партию минимум ходов на пять, а при должной смекалке противника - на все десять с небольшим шансом выхода на победу. Как глупо, как недальновидно, как непростительно нелепо со стороны человека, жаждущего принять вызов от Спасского и стать чемпионом мира. Те, кто будет разбирать нынешнюю партию, сразу понизят Фредерика Трампера в мысленном списке претендентов на победу, ведь настоящий мастер не имеет права на глупости, тем более так задолго до главного сражения. Он мысленно простонал, но передвинул фигуру и замер, надеясь, что оппонент не просчитал партию и не поймет своего преимущества. Рассчитывать не на себя, а на недальновидность противника - это ли путь чемпиона мира? Фредди был очень, очень недоволен собой, однако поделать ничего не мог. Его выводила из себя невозможность получить привычное, обрести желанный комфорт, начать турнир спокойно и уверенно. Быть может, будь он не один, будь хоть кто-нибудь рядом, Фредди обошелся бы и без молока. Или... нет, у него появилось бы молоко сразу после начала игры. От секунданта или помощника нет смысла ждать каких-то советов во время партии, они попросту не имеют на это права - по крайней мере, в зале, - зато обеспечивать комфорт своему чемпиону их прямая обязанность. До комфорта Фредерика Трампера никому не было никакого дела.
    Он не обратил внимания на движение в зале, хотя одним из его требований также была идеальная тишина. Чего ждать от организаторов, которые уже прокатили его с элементарным молоком? Чего ждать от турнира, если он начал его с глупой ошибки и теперь сам себе не верит? Фредди оперся локтями о стол, стиснул руки и поставил на них подбородок. Уголок его губ неприятно подрагивал, и это бесило и отвлекало еще больше. К счастью, противник пока не осознавал данного ему преимущества и совершал не слишком яркие однообразные ходы, способные в лучшем случае вывести партию в пат к эндшпилю. При условии, конечно, что Фредерик Трампер - абсолютнейшая бездарность.
    В зале происходило что-то еще, но Фредди, почти смирившись с несовершенством этого мира (нет, конечно, лишь делая вид, дабы не устроить скандал прямо на месте, и пусть кто-нибудь только попробует сказать о его несдержанности!), старался не обращать внимания. Бардак и балаган, вот каков ваш этот чертов турнир. Пока кандидат - один из многих, песчинка, затерянная среди других точно таких же, они и пальцем не пошевелят, чтобы выполнить взятые на себя обязательства. Прогнившая система...
    - Мистер Трампер...
    Он поднял глаза от доски, и хорошо, что рявкнуть на потревожившего не успел. Сначала Фредди увидел бутылки с молоком (к счастью, качественным, он и сам покупал не раз эту марку, хотя чаще предпочитал другую), потом огненные волосы, обрамлявшие лицо молодой девушки с не самыми правильными, но яркими и запоминающимися чертами. Они уже встречались... где? У гостиницы, точно. На миг Фредди нахмурился, не до конца понимая, что происходит, но почти сразу лицо его разгладилось, и он быстро кивнул, принимая подношение как должное.
    - Благодарю.
    Привычный коктейль быстро вернул Трамперу душевное равновесие, и вскоре он без труда отыграл потерянное преимущество, завершив партию абсолютной победой. Публика ликовала, впечатленная серией финальных ходов - Фредди умудрился последовательно отнять у противника коня, ладью и ферзя и в конечном итоге поставил сокрушительный мат. Арбитр без особых эмоций подвел итог и объявил, что завтра в этом же зале Фредерик Трампер встретится с победителем следующей схватки, которая состоится здесь через два часа. Все желающие могут передохнуть и провести время в ресторане или ближайших кафе, а также при желании прогуляться по набережной и вернуться к началу партии.
    Фредди не слишком интересовало, с кем из двух кандидатов ему предстоит играть - он изучил их партии еще до прилета и, казалось, видел соперников насквозь. Гораздо интереснее было перекинуться парой слов с той, рыжей... Он поймал ее у выхода, продравшись через десяток человек, жаждавших пожать ему руки и поздравить с победой. Цепко впился взглядом, рассматривая, изучая, будто замысловатую позицию на доске - с той же пытливостью, интересом, настороженностью.
    - Кто вы? - Он не стал ходить вокруг да около, искать подходящие слова и пытаться показать себя лучше, чем есть. Все эти игры не для Фредди Трампера, в его жизни есть место лишь одной Игре. - Не ассистент и не помощник, и вряд ли имеете какое-то отношение к турниру, верно? - Иначе ей попросту не позволили бы уйти, слова арбитра были предельно ясны. - Так кто вы? И почему?
    "Почему купили для меня молока?" Он не договорил, полагая, что и так все понятно. Не договорил, потому что не знал, как произнести такие простые слова, как уточнить, была ли это забота о шахматисте, что должен стать фаворитом нынешнего турнира, или о человеке, с которым поступили несправедливо, нарушив данные перед началом обязательства. Как бы ни были странны и нелепы его требования, Фредерик Трампер имел на них право.

    0


    Вы здесь » Musicalspace » Фандомные игры » Brilliant lunatic


    Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно