Нейтан звереет, и монстр с готовностью отзывается — принесите, принесите ему стейк с острым ножом, и все вокруг узнают, что вытравить убийцу из Нейтана невозможно. Они единое целое, Джекилл и Хайд, делящие одно тело и один разум, просто по-разному их использующие. Прилюдное убийство с отягчающими обстоятельствами, во всех новостях. Или... можно и без ножа, голыми руками. Нейтану хватит силы свернуть ублюдку шею за один только неосторожный взгляд, поможет опыт и монстр внутри, личный сорт умертвителя, поставщика на местные кладбища для халявного зидрата. Стервятник мог быть ему благодарен, между прочим.
    Мы рады всем, кто неравнодушен к жанру мюзикла. Если в вашем любимом фандоме иногда поют вместо того, чтобы говорить, вам сюда. ♥
    мюзиклы — это космос
    Мультифандомный форум, 18+

    Musicalspace

    Информация о пользователе

    Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


    Вы здесь » Musicalspace » Фандомные игры » Всё кувырком


    Всё кувырком

    Сообщений 1 страница 8 из 8

    1

    Фандом: The Phantom of the Opera
    Сюжет: основной

    Всё кувырком

    https://forumupload.ru/uploads/001a/73/37/54/t197396.jpg  A day without adventure... 
    ... is a day wasted!  https://forumupload.ru/uploads/001a/73/37/54/t824285.jpg

    Участники:
    Meg Giry & Christine Daae

    Время и место:
    Париж, спустя пару-тройку месяцев после событий в "Little Lotte"


    Просто однажды что-то пошло не так, и тайная вылазка за сладостями обернулась захватывающим приключением...
    Каким же предстанет Париж для двух преданных подруг и чем закончится для них эта необыкновенная прогулка?

    Отредактировано Christine Daae (2022-01-06 23:55:35)

    +1

    2

    - Кристин! Крииистииин!! Ну, где же ты? - нетерпеливо перепрыгивая со ступеньки на ступеньку, поворачиваясь то вверх, то вниз, словно маленькая птичка, Мэг развлекалась в ожидание подруги, - Поторопись, пожалуйста, а то мы точно никуда не успеем. Нам ещё дойти надо...
    Причиной этого маленького переполоха стала новая кондитерская, что открылась в нескольких кварталах от театра. Мэг ещё даже толком не знала, как туда дойти, но уже рассказали городские девочки, те что со своими семьями живут, как нормальные люди, в квартирах и домах Парижа, а не как Мэг прямо в театре. Признаться, Мэг совсем нечасто покидала стены театра ради прогулок, поскольку времени на это было немного да и денег тоже. Тем более редко она это делала одна без сопровождения городских девочек, но сегодня вот решила взять с собой ещё и Кристин, поскольку сама же прожужжала ей все уши об этой кондитерской. Планировалось, что с ними ещё пойдут девочки, но, как назло, сегодня все репетиции закончились поздно, и домашних девочек уже ждали их родители. Кто-то пешком, кто-то в экипажах.
    Мэг уже не раз подумала о том, что было бы недурно попросить, чтобы их с Кристин подвезли или хотя бы просто проводили, но попросить постеснялась. Тем более, что нужно было ещё помочь мадам Жири привести в порядок класс, ополоснуться и переодеться, а потом уже идти. Домашних-то наверняка ждала дома горячая ванна, как приедут. Но у Мэг не хватило смелости напроситься на сопровождение, поэтому она сейчас тяжело вздыхала, прыгая со ступеньки на ступеньку в ожидание подруги, мысленно пытаясь в голове проложить маршрут из пункта А в пункт Б. В кармане брякало несколько монет, девочки, словно взрослые, тоже получали кое-какое жалование за участие в спектаклях. Конечно, оно было значительно меньше, чем у взрослых, ведь в счёт его входило ещё и проживание в театре.
    Но Мэг радовалась и этому, ведь эти крохи - её собственные. А если просить у матушки, то она со всей строгостью начнёт выспрашивать: сколько, зачем и тому подобное. А, узнав, что на сладости - не даст и самой мелкой монетки.
    "Вот ещё! Ты же танцуешь!" - слышала малышка Жири в голове голос своей матери.
    А врать на счёт сладостей не хотелось. Уж лучше самой по-тихому купить и съесть, погулять с Кристин. Ей и так пришлось сказать матушке, что с ними идут ещё девочки и они с юной м-ль Даэ будут не одни, а под присмотром.
    - Ну, наконец-то! - радостно подпрыгнула Мэг, - Пойдём скорее! - и потащила подругу к выходу. На улице уже было довольно прохладно, но Мэг это не смущало, она пока очень целенаправленно шла вперёд, ловко уцепив Кристин под руку.
    - И что ты купишь в первую очередь? Шоколадный торт? - поинтересовалась она, лукаво улыбаясь подруге. Она прекрасно запомнила уже, что та любит.
    - Уверена, он там есть. И девочки говорят, очень вкусный... И вообще там куча всего... - затем чуть призадумалась, морща лоб, - Слушай, а ты помнишь, как называется эта кондитерская?
    Название этого самого "там" вертелось буквально на кончике языка, но пока Мэг старалась не забыть дорогу, она забыла название того места, куда они шли.

    +1

    3

    Кристин грезила об этой прогулке уже больше недели. Немного для взрослого, но целая вечность для такого дитя, как она. Одна мысль о сладостях из новой кондитерской будоражила. Жар предвкушения заливал её щёчки малиновым румянцем, а на губах расцветала паточная улыбка. Это было так неправильно… но так приятно! Как бы ни пыталась Кристин убедить подругу в том, что им лучше послушаться мадам Жири, её голос совести при этом понемногу затихал. Уж очень сильны были доводы! От ма-а-аленькой порции они точно не раздадутся, как воздушный шар братьев Монгольфье. Да и другие неприятные последствия, вроде сонливости или вреда для зубов, компенсировались с лихвой одной мыслью о сладости, растекавшейся во рту.
    А Мэг, кажется, была даже рада компании. Сговорившись заранее, она и другие девочки, провели этот день в томительном ожидании вечера. Но после суровой муштровки от мадам Жири Кристин едва стояла на ногах. Ей казалось, она никогда не привыкнет к таким нагрузкам. Ноги так и будут тяжелеть, как будто к каждой привязали по стопудовой гире, а в голове продолжать крутиться назойливой мухой: «раз-два-пике! Ещё раз пике!» или что-то ещё в этом роде. Только мысль о прогулке с малышкой Жири и другими девочками окрыляла Кристин. Фантомные ароматы щекотали ей нос, от чего проворные пальцы принимались с утроенной скоростью развязывать туго затянутые на щиколотках ленты.
    Уже несколько месяцев юная особа могла себя называть парижанкой. Но полноценного знакомства у неё с Парижем пока не состоялось. Весьма досадное упущение, которое она намеревалась поскорее исправить. Тем обиднее было, когда, пробегая по коридору, Кристин столкнулась с добродушной, но очень уж словоохотливой билетёршей, которая уже встречала и даже пару раз заговаривала с маленькой хористкой. В любой другой день, вероятно, мадемуазель Даэ бы с гораздо большей радостью разделила её переживания по поводу обнищавшего репертуара. О, это правда очень жаль, что более им не оценить шедевра Керубини! А каким ударом стал уход из театра прелестной мадам Бланшар! Да, она ведь сменила фамилию? И правда… но…
    Но стоило Кристин лишь приоткрыть рот, чтобы объяснить, что ей совсем-совсем некогда слушать, как что-то внутри обрывало всё желание прерывать женщину с грустными глазами и жаждой выговориться ей, юной хористке. Лишь немного погодя, смущённо извиняясь, мадам отпустила Даэ. Юная особа так спешила встретиться, что чуть не потеряла на лестнице одну из туфелек, надетых по этому, действительно, торжественному случаю.
    «Вот смеху бы было», – украдкой подумала она про себя, тут же мысленно окрестив «Золушкой» свою скромную персону.
    Ей не впервой себя было ощущать героиней сказок. Пускай жизнь хористки и не назовёшь сказочной. Уж Мэг бы точно это подтвердила. Ох, Мэг! Как она должно быть заждалась свою пропавшую товарку!
    Но не успела Кристин рассыпаться в извинениях, как девочка уже искупала её всю в радостных перезвонах голоса. Это немного отвело душу, и Даэ, еле поспевая за подругой, понеслась навстречу приключениям. Если после разговора с билетёршей ещё оставался осадок неловкости и ощущение лёгкого сумбура в голове, то по возвращении к мыслям о политом шоколадом тортике, душу снова затопило сладостное предвкушение, и глаза заблестели ярче тех монеток, что слабо побрякивали в кармане подруги.
    — Надеюсь, он не будет слишком дорогим, — отозвалась Кристин, уже мысленно прикидывая, сколько придётся отдать за такое чудо кондитерской мысли. — Ммм… а что бы ты выбрала?
    Девочка подумала, что крохе Жири тоже мог бы прийтись по душе шоколадный торт. Но вдруг им встретится хрустящее, припорошенной сахарной пудрой, печенье с тягучей начинкой или тающей на языке крошкой? А может пышное пирожное, увенчанное глянцевитой ягодкой? От такого во рту становилось вязко и сладко. Смогут ли лакомки себя побаловать любимыми сластями вдоволь?
    Кристин издала тихий вздох, который тут же подхватил прохладный ветерок. Розовый луч заходящего солнца игриво мазнул игривым поцелуем румяную щеку. Вскинув глаза к небу, где сияли величавые статуи на крыше Оперы, девочка призадумалась.
    — Кажется, «Laduree», — это слово Кристин произнесла очень мягко, почти любовно: «Ля-дю-ри». – Красивое название. Интересно, а внутри оно тоже такое? Что ещё рассказывали девочки?
    Мысль о том, что сегодня им предстоит провести вечер только вдвоём, должна была, наверное, расстроить юную хористку. Ведь в компании всегда веселее, не правда ли? Но с другой стороны, Кристин по-прежнему немного терялась в присутствии даже своих товарок, пусть они и относились к ней спокойно и тепло. Шумная стайка юных харизматичных и обаятельных артисток нередко заглушала её собственный тихий голос, пусть ей и нравилось слушать их даже больше, чем говорить самой.

    +1

    4

    Мэг нельзя было назвать нелюдимой и скромной или же той, кто вечно держится за юбку строгой матери и всё обо всех ей докладывает. Нет, скорее наоборот, Мэг была всегда горазда погулять, если зовут, пошалить, хотя и знала меру, а временами и девочек прикрывала перед мадам Жири. Правда по-началу её отношения не всегда с девочками складывались, особенно с новенькими и домашними, которые заранее начинали подозревать Мэг, если узнавали об их родстве с мадам Жири. Со временем, конечно, всё приходило в норму, однако новеньких набирали каждый год, и каждый год повторялось одно и то же. Поэтому, Мэг старалась не афишировать родственных связей с матерью и всегда чувствовала себя немного не в своей тарелке перед остальными. Но выслуживаться ради авторитета и дружбы - это было совсем не в духе малышки Жири, поэтому она предпочитала заботу о младших, уединённые занятия в стенах родной оперы и особо никому не навязывала собственное общество, если не зовут.
    Но с появлением Кристин, с того самого момента, как завязалось их знакомство, Мэг нашла для себя родственную душу. Пусть они и не были похожи внешне, но всё же внутренне у них было много общего и девочка не чувствовала оценочного суждения в глазах Кристин. Парижская опера для них обеих стала единственным домом: огромным, шумным, многоликим, скрывающим в своих закоулках их одиночество. А когда вас уже двое, то о каком одиночестве может идти речь?
    - Знаешь, я не так уж и часто выбираюсь погулять вот так, - призналась малышка Жири, вдыхая полной грудью воздух Парижа. В нём было столько всего, что можно было почувствовать даже запах предвкушения чего-то эдакого, чего ждал каждый, кто впервые попадал в Париж, ведь недаром говорят "Увидеть Париж и умереть".
    - Плохая из меня парижанка, - усмехнулась девочка. Хотя выглядела она в своём тёмно-сером пальто и сапожках вполне по-парижски, хоть и без какого-то особого лоска.
    - Хотя..., - Мэг обогнала Кристин на два шага, шутливо красуясь в своём нехитром наряде. Распрямив ещё больше плечи, гордо приподняв подбородок, словно надменная и изысканная дама, Мэг озорно взглянула на Кристин и улыбнулась подруге, - Ну, как? А ты видела у Карлотты новое алое пальто с вышивкой и меховым воротником и шляпкой? Я вчера увидела её у входа, -трещала Мэг, мечтательно вздыхая, - Хотела бы я себе такое! Но денег у меня в лучшем случае на пирожное или кусок торта, или кулёк конфет. Ну, не переживай, вдвоём мы нам уж чего-нибудь купим, - одобряюще улыбнулась она подруге и снова взяла её под руку, - Не знаю, вдруг там есть что-нибудь с безе? Или горячий круассан с миндальным кремом? Или пирожное? - мечтала вслух Мэг.
    Улицы Парижа бурлили и шумели нескончаемым потоком, таким непривычным и захватывающим, но они не пугали Мэг. Ей нравилось вот так вот идти, глазеть по сторонам, украдкой разглядывая людей, витрины и болтая с подругой. Они перешли оживлённый перекрёсток, удаляясь от знакомых улочек центра.
    - Ага, точно! «Laduree»! - закивала малышка Жири, - И почти без акцента, - одобрительно и шутя похвалила она подругу, - Так, нам, кажется, здесь направо... - девочка закрутила головой, вчитываясь в таблички с названием улиц.
    - Ой, девочки так трещали наперебой, что я толком ничего и не поняла. Ну, разве что у них небольшая вывеска такая... деревянная табличка над входом, но их легко найти по большой витрине со сладостями в окне. А ещё там очень вкусно пахнет, и выпечку они делают сами и после восьми вечера у них бывает скидка. Может, нам повезёт?
    "Вот бы маме чего-нибудь взять..." - мелькнула мысль, но тут же воображение нарисовало недовольный и холодный взгляд мадам Жири "Лучше бы ты отработала па де буре!" - и как-то девочке помимо воли тяжело вздохнулось, - "Нет, лучше я нам с Кристин куплю что-нибудь" - она взглянула на подругу и улыбнулась, но улыбка вышла немного грустной.
    - Скажи, Кристин, а чем бы ты хотела заниматься? Ну, если бы не попала в Парижскую оперу.

    +1

    5

    Главные улицы Парижа приковывали взгляд, пленяли каждого, кто хоть раз ступал в его владения. Казалось, жизнь не перестаёт здесь кипеть даже когда вступает в свои права ночь. Окунувшись в гущу разномастной толпы, чей рокот на секунду напомнил Кристин шум северных волн, девочка была вынуждена слегка наклониться к Мэг, чтобы расслышать её голос. И, видимо, побоявшись потерять подругу из виду, осторожно перехватила кончиками пальцев её ладонь, после чего немного неловко улыбнулась.
    – Ну что ты! Мне кажется, немногие могут себе позволить так уж часто гулять по городу. Приходится много работать и учиться… – поспешила уверить подругу Кристин.
    На несколько мгновений её лицо приняло задумчивое выражение. Юной особе припомнились усталые лица и сгорбленные плечи рабочих сцены, костюмеров и реквизиторов – словом, невидимых трудяг театра. Как часто им приходилось сбегать из душных комнат в сад Тюильри? Или побродить в лабиринтах знаменитого магазина «Бон Марше»? Хотя Кристин пока ещё не понимала и не могла понять своим чистым и наивным детским сердцем, что этот город, сияющий, как начищенная золотая монета, легко затягивал в свои сети любого, кто надеялся легко и быстро сорвать большой куш. Люди скармливали Парижу драгоценное время и силы, превращаясь в очередную послушную шестерёнку в этом огромном механизме. А Париж расцветал всё больше и требовал всё больше новой крови.
    Так уж, видимо, устроена детская психика (или же это всё нрав самой Кристин), что облако грустных мыслей растаяло в свете новых ярких впечатлений. Ведь, по счастью, сейчас им с Мэг выпала редкая возможность насладиться прогулкой. И это уже само по себе несказанно радовало кареглазую шатенку в войлочной пелерине, накинутой на простое верхнее платье. В скором времени этого явно не будет достаточно, чтобы перенести холодную пору. Кристин это понимала и оставила себе уже мысленную насечку если не присмотреть подержанное пальтишко в соответствующем отделе универмага, о котором в последнее время болтали её товарки, то по крайней мере испросить у театральных мастериц совета и, быть может, даже лишних кусков ткани. Со своим материалом должно выйти заметно дешевле.
    Большая ли разница, как человек одет? Мэг Жири, несмотря на простоту туалета, носила его, как облачение императрицы. И это преображение казалось мгновенным, словно дочке балетмейстера и не приходилось прилагать для этого хоть какого-нибудь усилия. И хотя прохожие изредка бросали на пару неразлучных подруг рассеянные взгляды, Кристин показалось, что их прогулка в одиночку по улицам Парижа никого не волнует, несмотря на столь юный возраст. Но если бы только Кристин обернулась к Опере и пригляделась внимательнее, то, вероятно, убедилась бы в обратном…
    – Ты очень красивая, – растянув губы в добродушной улыбке, сказала Кристин.
    О, она помнила один из многих экстравагантных нарядов Карлотты, которыми та, вероятно, очень гордилась. Даже Сорелли, купавшаяся в ласковом море внимания её поклонников, одевалась сравнительно скромнее. И пока Мэг беспечно щебетала о том, на что бы ей хотелось потратить свои кровные, её подруга шагала рядом, изредка жмурясь от заходящего солнца и расслабленно, даже с лёгкой ленцой размышляя об её словах. Было странно и оттого презабавно представлять миниатюрную субтильную фигурку, утопающую в тяжёлом коконе одежд с плеча гордой итальянской дивы. Настолько, что в какой-то момент Кристин не удержалась и хихикнула в кулачок. Всё-таки весёлая дурашливость Мэг была зачастую очень заразительна.
    – А как сложно будет выбрать, если там окажется абсолютно всё!
    Тут уж и сама юная шведка не удержалась от того, чтобы в порыве сладких грёз не облизнуть губы и даже неосознанно ускорить шаг. А уж похвала Мэг и вовсе заставила невольно зардеться Кристин. По мере того, как они удалялись от Оперы, Даэ всё больше следовала за подругой на расстоянии протянутой руки, позволяя вести себя. Величественная громада Парижской Оперы теперь таяла вдалеке, оттесняемая другими домами. Иногда Кристин начинало казаться, что она оказалась в каменном мешке, среди гор… только если не обращать внимания на шум громадного человеческого муравейника вокруг.
    Пока Мэг чувствовала себя здесь как рыба в воде, Кристин позволяла себе то и дело отвлекаться на какие-то мелочи, которые другие прохожие, как правило, не замечали. Это могла быть и белокаменная статуя, причудливо скрывшаяся от чужих взоров за парковой листвой через дорогу, или даже незнакомая Кристин порода лошадей из тех, что проносились мимо девочек. Глаза хористки загорались, улыбка становилась шире. Но спустя какое-то время тусклая тень тревоги опустилась на её личико. Услышав слова Мэг, Даэ тихо поинтересовалась с надеждой, что не вызовет у подруги мысли о недоверии:
    – Ох, Мэг, а мы точно не заблудимся? Не хотелось бы опоздать.
    Теперь она на всякий случай сжала крепче ладонь мадемуазель Жири и дальше уже старалась не хлопать глазами считая ворон. Всё-таки не зря Кристин отчитывали на занятии за невнимательность и лёгкую рассеянность. Хотя следующий вопрос не мог не вызвать у неё ещё большей задумчивости. Такой сложный и одновременно очевидный, погружающий в воспоминания о прошлом мадемуазель Даэ…
    – Я не знаю, как бы жила без музыки, – призналась она, бросая на подругу немного взволнованный взгляд из-под полуопущенных ресниц. – И неважно, где звучала бы моя песня. Лишь бы звучала! И, если бы даже меня не взяли в Оперу…
    Кристин замолчала на несколько мгновений. Она как раз проходила вместе подругой мимо небольшого кафе, где за столиками на открытом воздухе велись горячие споры о политике и культуре, о вечном и обыденном. Приятная погода ныне особенно располагала к расслабленному отдыху. Кажется, голос Даэ легко заглушили бы голоса посетителей. Но, возможно, причины крылись в другом.
    – Что ж, мне бы пришлось искать другое место, где бы могла пригодиться помощь такой, как я, – она немного смущённо улыбнулась, сказав это и одновременно потерев чуть покрасневший кончик носа.
    Вскоре Кристин заметила, что и сама Мэг выглядит какой-то даже чересчур задумчивой даже по меркам самой Даэ. Подумав об этом, она ободряюще сжала руку подруги.
    – Но в конце концов, я здесь. И это главное, верно? Не хочу даже думать о том, что могла бы в итоге даже не повстречать тебя, Мэг.

    +1

    6

    Мэг привыкла быть одна. Да, это было то самое одиночество в толпе, когда вокруг тебя масса людей, когда ты, вроде, общаешься со многими, но, в то же время, тебе не с кем поделиться самым сокровенным: тем, что тревожит, радует и заставляет думать. Ведь несмотря на столь юный возраст, в её душе временами происходила целая буря волнений на фоне повседневных радостей и горестей. А с Кристин теперь вот можно было бы так просто и о пустяках поболтать, и поделиться вслух мыслями, секретами и знать, что подруга их сохранит. И этот маленький жест, когда Кристин взяла Мэг за руку в толпе, отдавался теплом в душе. Мэг улыбнулась и чуть сжала ладонь подруги.
    Так за разговором они уже ушли достаточно далеко, и Мэг была не очень уверена, что сможет быстро довести их до пункта назначения.
    - Если хочешь, я могу спросить дорогу, - предложила малышка Жири, - Подожди, - она отпустила подругу и скрылась в толпе. Не составило труда выловить скучающего кучера, он почесал затылок, коротко объяснив девочке.
    - Так... - протиснувшись в потоке людей, Мэг вернулась к подруге - Есть два пути... после вооон того перекрёстка направо по авеню - это долго и вкруговую, а можно сократить через парк, - за указанным перекрёстком ещё чуть поотдаль начинался за ограждением большой зелёный массив парка. Но пока путь лежал до перекрёстка.
    Малышка Жири внимательно слушала подругу. Она прекрасно понимала Кристин. Да и ей самой хотелось бы петь, но когда твоя мать балетмейстер, то выбор не то что невелик - его просто нет, ведь мадам Жири хотела видеть свою дочь лучшей из балерин, лучше, чем Сорелли.
    - Такой, как ты? - переспросила Мэг, осмотрев Кристин, затем отвернулась, задумчиво почесав кончик носа, и продолжила: - Скромной, милой, немного наивной, не знающей жизни без музыки, симпатичной, кудрявой и тощей, как жердь? - рассмеявшись в конце, уточнила Мэг, - Нет, это точно к нам в театр без вариантов! И я тоже рада, что ты здесь. Ну, то есть здесь - в театре, и здесь - со мной.
    Но затем замолкла, собираясь с мыслями. Она чувствовала прикосновение подруги, которое придавало смелости и, наконец, заговорила:
    - Знаешь, с одной стороны, я завидую Карлотте, ведь она может приезжать в красивом экипаже за два часа до спектакля, капризничать и просить то фруктов, то пирожных, ей приносят её платья прямо в гримёрку... Даже Сорелли приходит и то раньше, а мы... - она обернулась к подруге, - Ну, что я тебе буду рассказывать? - немного грустно пожала плечами Мэг, - "Спектакль ещё не начался, а вы уже танцуете так, будто устали!" - передразнила она мадам Жири.
    - С другой стороны, Карлотта совершенно отвратительна и непонятно, за что её так ценят. Я много раз пыталась представить себя на её месте, но я... я так люблю наш театр весь целиком, что не знаю, как можно покидать его надолго и заходить через парадный вход.
    Тем временем они дошли до перекрёстка: прямо - был парк, а направо - то самое авеню.
    - Ну, что, как пойдём? - Мэг остановилась, покрутила головой и вопросительно посмотрела на подругу, - Я ни тут, ни там не была.

    0

    7

    Поток людей проносился так быстро, что Кристин на пару мгновений ощутила себя одиноким листочком, оторванным от родной ветки. И непонятно, хотелось бы ей унестись к новым далям или найти себе надёжную опору, чтобы скорее остановиться. Она казалась немного смущённой и в то же время радостной в этом предвкушении. Так или иначе, Мэг вернулась быстрее, чем Кристин ожидала. И путь продолжился.
    – В самом деле, как жердь? – переспросила Даэ, немного озадаченно хлопая глазами и даже покраснев. Но лучезарная улыбка и совершенно беззлобный смех подруги мигом смыл всё напряжение.
    Голос крохи Жири теперь уже не терялся в шуме голосе, а будто бы витал над ними. Во всяком случае, так показалось Кристин, которая всматривалась в ажурную вязь ветвей над головой. Маленькая балерина будто хотела поведать о своих мыслях не только подруге, но и птичкам, ютящимся в кронах, а также другим невидимым для типичного горожанина существам. Но всё же, как ни хотелось бы думать об этом втором, скрытом от чужих глаз мире, Кристин не позволяла себе отвлечься от разговора.
    – Карлотту хвалят за её голос, – задумчиво ответила она. – Сложно представить, чтобы кого-то, кто плохо поёт, могут поставить на главные роли.
    Она презабавно нахмурила нос, а потом немного рассеянно пожала плечами с улыбкой.
    – Но, возможно, я просто чего-то не понимаю. Мне тоже трудно поставить себя на её место.
    Оказавшись на перепутье, Кристин недолго думала над выбором дороги. Желая скорее добраться до кондитерской, чтобы не оказаться там под закрытие, она произнесла:
    – Я думаю, лучше через парк.
    Там, среди деревьев, в лабиринте тропок веяло прохладой. В таинственном царстве лиловых теней неспешно проплывали дамы в пышных юбках и важно, по-журавлиному вышагивали господа. Кристин то и дело оглядывалась по сторонам и вопросительно оглядывала холодные алебастровые фигуры, замершие будто на мгновение, а уже за спинами девочек должны были принять иную позу. Время тут как будто замедлялось, так что и Кристин невольно сбавила шаг. Тишину нарушали только весёлая трескотня птиц и смех пробегающих мимо детей, которые чуть не сбили с ног хористок. И куда только так спешат? Может в ту же кондитерскую, что и Мэг с Кристин? На какой-то момент хористке показалось, что они обронили что-то. Возможно, что-то важное: последнюю монету? Записку с чьим-то адресом? Или просто любимую игрушку? Пройти мимо Кристин, конечно, не могла. Даже если они с Мэг спешили. Даэ её окликнула.
    – Мэг, посмотри, что здесь!

    Отредактировано Christine Daae (2022-11-15 12:50:37)

    +1

    8

    Многие дети в том или ином возрасте мечтают жить в сказке или во дворце, а вот у Мэг практически всерьёз имелась такая возможность - жить почти в самом настоящем замке и почти в сказке. Почти. За исключением самой малости - роль была не та, вместо принцессы Мэг оказалась Золушкой. И оказываясь где-то за пределами привычного существования и роли Мэг понимала, что много чего не знает, упускает да и живёт... Но как уж есть.
    Возвращаясь к Кристин, Мэг внимательно разглядывала хрупкую фигурку подруги, продираясь сквозь толпу. Пару раз её довольно сильно толкнули, а один мужчина, на вид простой рабочий, толкнув, ещё и так посмотрел, что малышке Жири невольно пришлось ещё и самой же перед ним извиниться за неудобство, а то мало ли что.
    "А, впрочем, чего я жалуюсь?" - размышляла она, - "Вон Даэ осталась одна-оденёшенька и ничего - не вешает нос, работает. А я ведь не одна. Я ведь тоже работаю в театре и когда-нибудь тоже обязательно выйду из ряда кордебалета... А красивая жизнь... ну, а кому её не хочется?".
    - Так на чём мы там остановились? - улыбнулась она подруге, - Ах, да, жердь! - и рассмеялась, - Считай, что это почти комплимент для балерины! Вон у Анны два года назад, когда ей тринадцать стукнуло, такая грудь стала расти - закачаешься, - Мэг заговорщицки склонилась к подруге и округлила глаза, - Ну, и что ты думаешь? Полгода она её утягивала, чтоб в пачку влезать, а потом всё... Шило в мешке не утаишь, - развела Мэг руками, - Пришлось ей переводиться в костюмерный цех, раз идти некуда тоже. Так что жердь в нашем случае - это прекрасно.
    Они повернули в сторону парка и вскоре оказались под сенью желтеющих деревьев. Здесь особенно остро ощущался приход осени с её характерной палитрой красок и запахов, ведь у осени совершенно особый запах. А ещё где-то явно жарили каштаны. Мэг на вкус их не понимала, но вот хи характерный запах ей нравился. Хотелось немедленно завернуться в одеяло и никуда не спешить. Но они спешили, иначе вдруг к их приходу магазинчик окажется совсем пустым?
    - Да, у Карлотты красивая внешность и голос, но... чего-то ей не достаёт. Не знаю, как сказать. Я не верю ей, когда она поёт. Я никогда не плачу над трагедией её героинь. Ты же знаешь, какая я сентиментальная? - пожала плечами Мэг, - А ещё...
    Тут мимо пронеслась толпа детей. Пришлось даже вцепиться в руку Кристин и прижаться поближе, чтобы эти маленькие ураганчики их не снесли.
    - А ещё... - продолжила Мэг, отпуская подругу, когда убедилась, что опасность миновала и пошла вперёд, но далеко уйти не удалось.
    - Что такое? - Мэг развернулась, посмотрела на подругу, а затем подошла поближе, пытаясь рассмотреть, что та ей пыталась показать.

    0


    Вы здесь » Musicalspace » Фандомные игры » Всё кувырком


    Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно