Он смотрел на неё и улыбался улыбкой победителя, улыбкой искусителя, которому принадлежал сейчас самый прекрасный бриллиант. Старик Оффенбах, которого Эрик не слишком-то уважал за любовь к "лёгкому жанру оперетты" вдруг совсем недавно разродился целой оперой. Весьма, кстати, недурственной, как для оперетточного композитора. Разродился да и умер, не дожив до премьеры. Премьера была недавно, но, судя по статьям критиков, опера имела вид разрозненный, впрочем, на счастье Эрика, в Опера Популер попал экземпляр партитуры и были там занимательные места...
    Мы рады всем, кто неравнодушен к жанру мюзикла. Если в вашем любимом фандоме иногда поют вместо того, чтобы говорить, вам сюда. ♥
    мюзиклы — это космос
    Мультифандомный форум, 18+

    Musicalspace

    Информация о пользователе

    Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


    Вы здесь » Musicalspace » Фандомные игры » по плодам их узнаете их


    по плодам их узнаете их

    Сообщений 1 страница 6 из 6

    1

    Фандом: Последнее испытание
    Сюжет: альтернативный

    ПО ПЛОДАМ ИХ УЗНАЕТЕ ИХ
    https://forumupload.ru/uploads/001a/73/37/19/607844.jpg

    Участники:
    Crysania Tarinius, Laurana Kanan

    Время и место:
    ноябрь, окрестности Палантаса


    Прибытие Лораны в Палантас совпало с появлением очередной волны беженцев, которым в Палантасе совсем не рады. Кое-как расположившись поблизости от городских стен, люди бедствуют, нищенствуют, а иногда и промышляют грабежами. Элистан, стремясь преподать Крисании урок, отправляет ее в лагерь беженцев вместе с Золотым Полководцем, которая принимает живое участие в их судьбе и пытается выступить посредником между отчаявшимися людьми и горожанами.

    +1

    2

    Когда ее в неурочный час побеспокоила послушница, сообщившая, что праведный сын Элистан хочет ее видеть, жрица тут же отложила книгу, которую читала, и поспешила к наставнику. Последнее время мужчине сильно нездоровилось и, хотя обеспокоенность окружения его состоянием претила ему, он принимал это, как и свою немощь.
    Преодолев припорошенный снежком двор, Крисания вступила под своды главного здания, где и находились покои наставника, у двери привычно отирался кто-то из служек. Не обратив на мальчишку никакого внимания, Крисания тихо постучала и, дождавшись ответа, толкнула тяжелую дверь, отделявшую прохладный коридор от жарко натопленной комнаты, что было очень кстати: спеша сюда, она забыла накинуть плащ.
    К ее изумлению, наставник был не один. В ближнем к камину кресле, стоявшем напротив стола, в пол-оборота к ней сидела эльфийка, которую посвященная сразу же вспомнила: не прошло и пары лет, как они с наставником были на свадьбе дочери Беседующего с солнцами.
    - Здравствуй, Крисания, - мужчина приподнялся в кресле, приветствуя гостью, и вновь тяжело опустился, кутая плечи в подбитую мехом накидку.
    - Да осветит Паладайн ваши пути, - жрица обвела взглядом присутствующих, но с места не сдвинулась. Если на мужчину был обращен взор полный теплоты и почтения, то на эльфийку посвященная искоса бросила взгляд, полный затаенного любопытства.
    - Проходи, присаживайся. Надеюсь, тебя не затруднит самой налить себе чай? – В голубых глазах наставника, заплясали насмешливые искорки, изредка он позволял себе подтрунивать над своей воспитанницей. В ответ девушка лишь еле заметно улыбнулась и, кивнув, наполнила одну из кружек, что стояли на каминной полке, горячим ароматным напитком.
    - Сегодня под стены города прибыла очередная группа беженцев, - начал он разговор, когда посвященная устроилась в свободном кресле, чуть передвинув его, так, чтобы ей было одинаково удобно смотреть на обоих собеседников.
    - Лорану я уже успел отчасти ввести в курс дела, и она любезно согласилась нам помочь, - на этот раз взгляд Элистана, обращенный к Крисании, сделался спокоен и сосредоточен.
    - Необходимо организовать новый лагерь, обеспечив людей самым необходимым. Крышей над головой, едой, одеждой. Погода сейчас, сами видите, стоит какая. То дождь, а то и морозом прихватит. Там пригодится твой дар исцеления, Крисания. А Лоране доводилось прежде помогать мне обустраивать беженцев. Думаю, вместе вы справитесь.
    Элистан замолчал, переводя взгляд с Крисании на Лорану и обратно. Он знал, что его ученица недовольна, но что, пока они не останутся одни, девушка и слова поперек не скажет, так что не собирался предоставлять ей подобной возможности.
    - Медлить нельзя, так что брат Геодор, уже занят подготовкой всего необходимого, выехать надо будет завтра утром, на подводе с самым необходимым, одеялами и продовольствием,  – сделав глоток чая, Элистан поморщился и отставил кружку в сторону.
    - Пока сложно сказать, как быстро удастся собрать остальное, но к вечеру я пришлю кого-нибудь из послушников с известиями. Пока что от магистрата там временно распоряжается мэтр Готтлиб, но по вашему прибытию в лагерь он передаст дела вам.
    Слушая наставника, Крисания сохраняла на своем лице выражение внимательной вежливости и ждала того момента, когда гостья откланяется, потому как обсуждать детали в присутствии посторонних ей абсолютно не хотелось. Она была самолюбива, и признаваться перед гостьей, что плохо понимает, с какого конца браться за поручение, совсем не хотела.
    Тем более перед принцессой Квалинести. Казалось бы, принцесса эльфов – существо, максимально далекое от грязных бытовых нужд, тем более людских, и вдруг выясняется, что она уже не раз помогала праведному сыну, и понимает в подобных делах побольше жрицы.
    К тому же, пусть  Элистан всегда отзывался о Лорантолассе с неизменной теплотой, Крисания не понимала ее. Променять служение богу сначала на судьбу воительницы, а затем на политику и замужество? Но зачем?
    С другой стороны, ведь новая жизнь явно не убила в эльфийке сострадания и желания помогать окружающим – иначе ее бы тут не было. Все это было непривычно, и Крисания невольно чувствовала зарождающееся любопытство. Она не понимала. Но хотела попробовать понять.
    - А теперь мне надо отдохнуть, - после непродолжительного молчания проговорил мужчина, мягко улыбаясь, и, не желая хоть как-то стеснять его, женщины поднялись и, вразнобой попрощавшись, направились к двери, однако у порога их остановил голос праведного брата.
    - Хорошей вам дороги. И помните, они боятся, а страх – плохой советчик.
    Последние слова вызвали у жрицы недоумение, но разбираться в них она решила уже на месте, ей еще самой необходимо было подготовиться к дороге, а время уже приближалось к ужину.
    Выйдя за дверь, она развернулась, полувопросительно взглянув на принцессу:
    – Вам и правда доводилось прежде участвовать в подобных делах? Быть может, вы составите мне компанию за ужином? Я была бы рада услышать о вашем знакомстве с праведным сыном как можно больше! И буду благодарна, если вы введете меня в курс дела, прежде наставник не давал мне поручений подобного рода.

    +1

    3

    Минуло почти два года, как Лорана последний раз видела Элистана. Они поддерживали связь через письма и посланников, однако пергамент и чужие слова не могли заменить для воительницы живую беседу со жрецом Паладайна. Ведь это именно он открыл ей когда-то мудрость и свет истинной веры, научил терпению, состраданию и бескорыстию. Подумать только - они не были знакомы и пяти солнечных циклов, однако за это время мир Лораны успел перевернуться с ног на голову множество раз: она познала и боль утраты, и силу истинной любви, и тьму подземелий Такхизис, и боль обмана и предательства. Всё это сделало её взрослее, сильнее и гибче, и за то, что она смогла пройти этот путь, надо было благодарить Элистана, служившего ей опорой и советчиком в начале её дороги.
    На этот раз принцесса посетила жреца не в поисках ответов на вопросы или мудрых слов, хотя всегда была готова их услышать от него, а лишь из желания повидать старого друга, чьё здоровье, подорванное годами плена и странствий, вызывало всё больше опасений. По меркам людей Элистан еще не был глубоким стариком, его возраст даже для короткого века смертных сочли бы скорее зрелым, чем пожилым. Тут эльфийка невольно улыбнулась, вспомнив, как Танис неумело ревновал её ко жрецу по пути из Пакс Таркаса в Тарсис. Заподозрить в Элистане, да и в самой Лоране, в их беседах о вере какой-то отголосок влечения могла лишь такая горящая душа, терзаемая муками выбора, как полуэльф. Благо, большая часть этого уже позади, Танис признал за последователем Паладайна правоту и был искренне рад предложению возлюбленной пригласить жреца засвидетельствовать их брак перед богами.
    Сейчас Лорана сидела в одном из покоев храма, ожидая, пока священнослужитель освободится от своих забот и перебирала в памяти моменты их знакомства. Муж её отправился на Санкрист, чтобы обсудить с рыцарями какие-то дела касательно его нового титула, эти вопросы не требовали внимания принцессы и она с радостью потратила свободные от забот и войны деньки на визит к Элистану. Тут мысли Лорана прервал скрип петель - дверь отворилась и в помещение вошёл глава церкви. На этот раз его не сопровождали послушники, видимо, из уважения к высокой гостье и её тесной дружбе с верховным жрецом они не решались беспокоить их своим присутствием, а может, аскетичный в быту жрец, не нуждаясь в их помощи, сам отослал их по нуждам их служения. Едва войдя в покои, Элистан оказался в крепких объятьях воительницы. Хотя этикет и предписывал ей встречать верховного жреца Паладайна низким поклоном и целованием руки, этих двоих связывало сильно большее, чем могли вместить в себя светские нормы. После теплого приветствия жрец предложил гостье отвар из трав, который обычно употребляли люди Соламнии за беседой, и получив согласие, сам поставил небольшой керамический котелок на очаг в углу комнаты.
    Пока он сервировал напиток, Лорана успела как следует осмотреть его, отметив следы измождения: под глазами залегли темные тени, движения рук, хоть и были уверенны, утратили прежнюю точность и проворность, а на дне взгляда поселилась бесконечная усталость, да и дыхание… Не знавшая смертной старости эльфийка не могла дать этому имени, но так в её памяти дышал Флинт после долгого бега в последние месяцы перед кончиной.
    Извинившись за своё опоздание, Элистан сразу же перешёл к расспросам о жизни молодожёнов, потом разговор плавно перетёк к судьбам друзей после недавно окончившейся войны. Большинство из них виделись последний раз на свадьбе Таниса и Лораны, но старались, как и жрец с воительницей, держать связь через письма. Последней радостной вестью было то, что Карамон и Тика, вступившие в брак ещё раньше эльфов, ждали своего первенца. Говоря о ребенке четы из Утехи, Элистан лукаво посмотрел на принцессу, но та смущённо опустила взор - их с Танисом дом пока не был наполнен детским смехом, да и прошедшие пара лет были ничтожным сроком для зачатия по меркам полувечного народа. Желая сменить неловкую тему и скрыть смятение, Лорана спросила жреца о группе людей, которых она видела под стенами Палантаса, когда подлетала к городу на золотом драконе. Неужели новые беженцы? Элистан подтвердил её догадки и объяснил, что как раз заботам об их судьбе он обязан своей задержкой.
    Впечатленная самоотречением служителя Паладайна и озабоченная здоровьем старого друга, принцесса предложила взять на себя часть хлопот по обустройству бедняг, на что тот, после некоторых раздумий всё же согласился:
    – Пожалуй, твоё участие нам будет очень кстати, памятуя, что ты уже не раз занималась подобным в Пакс Таркасе и Торбардине. Если ты не против, я бы приставил к тебе одну из своих учениц, она уже прошла Посвящение, но ей всё ещё недостаёт опыта в таких делах.
    – Ты знаешь, мой друг, что я всегда готова помочь тем, кто терпит горести и лишения в войне с Такхизис. Что же до твоей подопечной - расскажи мне о ней, почему именно она, а не кто-то из тех, кому уже доводилось обустраивать быт изгнанников?
    – Она из знатной семьи Палантиса, юна, ретива в вере, но я бы сказал, что ей недостаёт смирения и жизненного опыта, впрочем, посмотри сама, – с этим словами Элистан тяжело поднялся из-за стола, направился к двери и, переговорив с кем-то из служек, вернулся к своей гостье, – я позвал её, с твоего позволения.
    Менее чем через четверть часа, во время которых Лорана узнала еще некоторые детали о беженцах, в покои кто-то постучал, и в комнату вошла девушка в белом платье жрицы. Пока жрец вводил в курс дела свою ученицу, воительница исподволь разглядывала новую собеседницу. Её мраморная, холодная красота чем-то напомнила принцессе Квалинести рассказы об Эльхане, возлюбленной Стурма и ныне правительнице Сильванести. Девушка была достаточно юна, насколько могла судить эльфийка, младше Тики или Карамона, но, очевидно, в отличие от самой воительницы, уже считалась совершеннолетней. Манера держаться явно выдавала в ней аристократку, которая, хоть и приняла служение богу, ещё не в полной мере оставила свои мирские привычки. Пожалуй, она напоминала Лоране её саму в юности: знатная, хорошо образованная, очевидно красивая и сознающая это, вероятно, привыкшая получать то, что хочет и, тем не менее, пошедшая против норм своего окружения - едва ли нобили Соламнии приняли выбор жреческой стези своей дочери. Только в отличие от самой принцессы, Крисанию, как звали девушку, ещё не успели сломать или изменить испытания, что уже довелось пережить воительнице. Но кто знает, что ждет впереди эту женщину? Да сохранит Эли её путь светлым и легким.
    Изложив все детали, Элистан после непродолжительного молчания решил закончить разговор, ссылаясь на потребность в отдыхе. Не желая стеснять служителя культа, после прощания обе женщины удалились из покоев.
    Уже в коридоре Крисания первой обратилась к Лоране:
    – Вам и правда доводилось прежде участвовать в подобных делах? Быть может, вы составите мне компанию за ужином? Я была бы рада услышать о вашем знакомстве с праведным сыном как можно больше! И буду благодарна, если вы введете меня в курс дела, прежде наставник не давал мне поручений подобного рода.
    Что ж, воительница и сама была не против познакомиться с молодой жрицей поближе - в конце-концов им предстояло работать в ближайшие дни плечом к плечу, так что Лорана ответила:
    – С радостью, только я остановилась за пределами храма, в одной из таверн в старом городе, до неё около получаса пути, так что, с твоего позволения, я бы разделила с тобой ужин в обители бога.
    Получив согласие, эльфийка последовала за ученицей Элистана в одно из внутренних помещений храма. Оно не походило на келью, скорее на маленькую трапезную, видимо, для посвященных служителей культа. Раз уж Крисания сама привела её сюда, вероятно, ей была дозволено здесь находиться, хоть она и была впервые в подобном месте. По слову жрицы, к ним в комнату принесли кувшин с вином, теплые хлеб, сыры, небольшое блюдо с фруктами и даже блюдо окорок. Со светлой грустью воительница отметила про себя, что в чертах одной из девушек-послушниц, подававших им явства, угадывалась эльфийская кровь, очевидно, кто-то из ее родителей был полукровкой, отрадно, что их потомок нашёл приют в обители бога и не познает то отчуждение, которое некогда пережил её муж.
    Итак, Лоране предстояло рассказать историю их знакомства с Элистаном. Она не знала, сколько было известно её собеседнице - как уже успела обнаружить принцесса, приличная часть их с друзьями приключений уже стала достоянием рассказов и песен, бытовавших едва ли не по всему Ансалону, а потому начала с самого начала:
    – В первый год Войны Копья мой нынешний муж со своими спутниками пришли в Квалинести просить помощи у моего отца, ведомая гордыней и тем, что мне чудилось тогда любовью, я сбежала вслед за Танисом в Пакс Таркас. Там я и повстречала Элистана, он был в числе пленников Повестиля Драконов Вермигаарда. Совсем изнуренный, он, тем не менее, излучал великую силу, а его речи были полны мудрости. Он говорил о старых богах, тех, что не в полной мере, но уже позабыл даже мой народ. Он был одним из идейных вдохновителей восстания пленников против слуги Такхизис, как ты, может быть, слышала. Он сражался бок о бок с нами, не столько мечом, сколько словом. Нам удалось тогда, пусть и ценой жизни многих, освободить порабощенных людей и не только людей. Элистан более всех заботился об их судьбе - жить в разрушенной крепости было нельзя и нам предстояло найти им, измученным пленом, приют.
    Тут Лорана на мгновение прервалась, делая глоток вина и погружаясь в воспоминания.

    Отредактировано Laurana Kanan (2023-12-27 12:34:28)

    +1

    4

    - Конечно, я буду рада, если, - Крисания помедлила, но все же спустя пару мгновений продолжила, - ты разделишь со мной трапезу под сводами обители.
    Резкий переход Лоранталасы с бытовавшей в аристократической среде вежливой формы обращения к общепринятой разговорной, удивил жрицу, однако заострять на этом моменте свое внимание она не стала, просто принимая предложенную собеседницей манеру общения как данность.
    Сдержано кивнув, посвященная повела эльфийку по сумрачным коридорам главного здания. Растворив дверь, чтобы пропустить спутницу в небольшую трапезную, и зайдя следом, девушка удовлетворенно отметила про себя, что в комнате никого нет. Извинившись, жрица оставила гостью ненадолго в одиночестве, чтобы распорядиться подать ужин – с учетом статуса Лоранталасы. Сама она питалась аскетично и с регулярностью пропускала трапезы, забывая о них за тем или иным занятием, но гостеприимство требовало иного подхода.
    Когда насущные вопросы были улажены, Крисания опустилась на лавку напротив эльфийки, разглядывая ту с вежливым любопытством. Слова гостьи о ее временном пристанище показались уж очень неожиданными. Посвященная считала, что по статусу Золотому полководцу, принцессе Квалинести и героине войны копья полагаются покои во дворце палантасского государя, а не комнаты пусть и в приличной, но все же таверне. Или это было проявлением аскетизма, привычку к которому гостья приобрела в долгих странствиях?
    По этикету должно было бы поинтересоваться о том, как эльфийка добралась до города, но утомлять собеседницу столь банальными вопросами Крисания не стала, тем более что в трапезную вошли послушницы. Пока две девушки сервировала стол, от чего жрица успела отвыкнуть – обычно каждый сам брал себе еду, – посвященная наблюдала за Лоранталасой и заметила взгляд принцессы, обращенной к Делоре. Взгляд, полный понимания и тихой радости, явно свидетельствовавший о том, что воительница вспомнила про супруга.
    Когда они наконец-то остались наедине, Крисания сосредоточила все свое внимание на повествовании эльфийки, уделив внимание угощению лишь постольку поскольку. Вино девушка лишь пригубила, и в течение остальной беседы более к нему не притронулась, отдавая предпочтение подкисленной лимоном воде.
    Посвященная с интересом слушала воительницу, стараясь вникнуть в малейшие нюансы. Она знала передаваемые из уст в уста истории, которые скорее походили на легенды о временах Хумы, чем на рассказ о реальных личностях, так что услышать из первых уст, как же все было на самом деле, дорогого стоило. Элистан упоминал о том, как он пришел к богу, но уделял внимание не столько событиям, сколько людям, их намерениям, преодоленным преградам и испытаниям. Может быть, именно благодаря этой способности видеть внутреннюю суть, а не внешние ее проявления, он и стал тем, кем был, первым жрецом Паладайна, истово верующим, но не ослепленным, способным признать свои заблуждения и отринуть их и принять проступки других. Посвященной же до сих пор было трудно отрешиться от того, какие воплощения принимали устремления людей, и она пыталась понять их суть через их действия, а не действия через людскую суть и устремления.
    - Я слышала, что Элистан был одним из Высоких Искателей в Гавани, прежде чем ему была явлена весть о возвращении истинных богов... - проговорила Крисания, прерывая наступившее молчание, тем самым вежливо подталкивая собеседницу к продолжению рассказа.
    Посвященной хотелось посмотреть на происходившее несколько лет назад с точки зрения другого участника событий, ведь это не только давало возможность больше узнать о наставнике, но и лучше понять сидящую перед ней женщину.
    - А что случилось с теми беженцами потом? Ведь Тарсис был полностью разрушен… - в голосе и взгляде жрицы проскользнули обеспокоенность, ведь история тех людей очень живо ей напомнили о ситуации, которая стала причиной их нынешней беседы. – Это их судьбу ты тогда помогла устроить Элистану? Вам удалось их вывести куда-то в безопасное место прямо под огнем драконьих армий?
    Крисания в смятении вздохнула. То, что предлагал им сделать Элистан, было благим делом и притом намного более простым, по сравнению с историей, рассказанной принцессой. Но ведь – заботиться о людской жизни, об их телесном здоровье и благополучии – то благо, которое как раз и доступно – принцессе. Или было бы доступно и ей – как палантасской аристократке. Именно о том ведь и твердили ей родители и жених. Что она может совершать множество благих дел, оставаясь в миру, что служить Паладайну может и достойная мирянка. Для этого не надо отказываться ни от статуса, ни от брака. Даже напротив, с состоянием и связями она при желании могла бы делать для людей намного больше. Так считали ее близкие. Возможно, так считала и принцесса. Неужели так считал и Элистан? Чему он желал научить ее, отправляя заботиться о телах, а не о душах?
    Когда собеседница вновь замолчала, жрица вынырнула из своих раздумий.
    - Спасибо, - девушка благодарно улыбнулась, чуть склоняя голову, однако во взгляде промелькнуло разочарование, время было позднее, а завтра предстояло много дел.
    - Когда ты планируешь присоединиться к обозу?

    +1

    5

    — Что случилось с беженцами? – переспросила Лорана, – О, то было смутное время и, к сожалению, судьба не всех из них мне известна. Благодаря их отваге и стойкости, нам удалось оторваться от преследования и найти приют в небольшой долине посреди Харолисовых гор. Увы, прокормить без малого тысячу человек в той местности в самом начале зимы, когда поблизости рыскают армии Повелителей, было непосильной задачей. Гонимые страхом и голодом, разрозненные, больные и уставшие, они разделились. Не все вняли призыву Элистана отправить южнее, в земли гномов и далее в портовый Тарсис. Часть, послушав Хендрика, отринувшего истинных богов, осталась в долине, став впоследствии добычей прислужников Такхизис. Жители равнин приняли решение последовать на родину, что с ними стало, ведомо лишь Гилеану, остальные же пошли за наставником, перезимовали в Торбардине, и после долгих скитаний, пришли сюда, в Соламнию. Впрочем, тебе ведь интереснее практическая сторона вопроса. Тут Элистан верно сказал: страх – не лучший советчик. Наш главный враг не голод и не холод, но утрата веры и надежды. Как только они впадают в отчаяние, они больше ни действовать, ни слышать, зато склонны устраивать склоки и метаться, как загнанные в клетку зверьки. Посему перво-наперво следует не раздать хлеб, но навести порядок в их душах, дать им надежду на благополучный исход и показать, что ты им не недруг, и уже после заботиться о более насущных вещах. Что же до быта, важно не просто дать им кров и пищу, но организовать процесс, чтобы они сами принимали участие в распределении благ, отдавая приоритет самым нуждающимся - больным, детям и старикам. Если среди них есть те, кто склонен друг друга ненавидеть, как было у нас с абанассинцами и жителями равнин, не желавших мириться с обществом других, то разумнее разделить их на два лагеря, как бы нам не казалось, что единство позволяет достичь большего. А про прочие детали я бы рассказала тебе уже на месте, многое в этом случае зависит от частностей, насколько я знаю, про самих беженцев нам пока известно только их примерное число.
    После долгой речи Лорана сделала перерыв, отметив по взгляду собеседницы, что та отчасти была погружена в собственные думы. Приняв её тихую благодарность, принцесса взглянула в окно – время было позднее и отправляться сейчас в лагерь она не видела смысла. Словно прочитав её мысли, жрица спросила:
    – Когда ты планируешь присоединиться к обозу?
    – Честно, сейчас уже темно, а пока мы доберемся до их стоянки, уже минует полночь, большинство уже будет спать, да и, признаться, я несколько устала с дороги, так что предлагаю тебе отправиться к ним на рассвете. Кроме того, покуда выдастся возможность, я бы попыталась заручиться поддержкой магистрата. Как говорил мне Элистан, ты родом отсюда и, вероятно, лично знаешь многих вельмож, так что, если хочешь, можешь составить мне компанию в этом деле, но я бы сперва озаботилась участью беженцев, чтобы понимать, как вести диалог с местными правителями.
    Услышав ответ Крисании, Лорана поблагодарила её за трапезу и компанию и направилась к выходу, сопровождаемая жрицей. Привлечение властей города к решению проблем с беженцами не было делом безотлагательным и вполне ждало до следующего дня, а вот сон несколько отвыкшей от долгих путешествий принцессе бы не помешал. У вход в храм по знаку Крисании эльфийке вернули её оружие, которое та оставила за пределами обители бога, и девушки простились, условившись увидеться уже утром,
    Лорана отправилась было к месту своего ночлега, но не успела она миновать ограду, как её окликнул жрец в белых одеждах. Присмотревшись, принцесса с удивлением обнаружила, что это был эльф, хотя из квалинести или сильванести она явно определить не смогла. Что ж, и среди дивного народа теперь появились служители Эли, что отрадно. Брат Гарад, как представился он, церемонно поклонился и на учтивом эльфийском испросил дозволения сопроводить её высочество в тёмное время суток или же хотя бы дать ей в спутники рыцаря или кого-то из числа благочестивых прихожан, ибо дочери правителя не пристало ходить одной по ночным улицам. Лорана улыбнулась, попыталась вежливо отказаться, однако её собеседник был весьма настойчив, и через несколько мгновений она в итоге приняла навязанную заботу.
    Брат Гарад ей в провожатые одного из рыцарей-прихожан, не прошедшего посвящение и потому носившего оружие. Мужчина соблюдал с Лораной, о которой, очевидно, был наслышан, почтительную дистанцию, не отваживаясь заговорить с ней, его галантная обходительность вызвала у эльфийки легкий смех. Впрочем, она тосковала по временам, когда она была просто принцессой Квалинести, одной из членов правящего дома, но не Золотым Генералом и героиней Войны Копья, перед которой трепетали и заискивали и воины, и вельможи. Простоту общения ей удалось сохранить лишь с Элистаном, Танисом и иными спутниками её приключений. Что бросилось Лоране в глаза, так это то, что Праведная дочь Паладайна, в отличие от многих, держалась перед ней с достоинством и уверенностью, ничуть не смущенная её статусом.
    С Крисанией они договорились встретиться на рассвете уже у лагеря - нужды приходить в храм у Лораны не было, а место, где она разместилась, располагалось как раз в нужной стороне от стоянки беженцев.
    Придя в гостиницу, принцесса направилась в свою комнату, предварительно наказав прислужнику разбудить её до рассвета, в Час Петуха. Спешно набросав несколько писем, воительница начала готовиться ко сну. Уже зарывшись в мягкие перины на ложе, она с улыбкой вспомнила о муже и погрузилась в лёгкие, доступные лишь эльфам грёзы.

    Отредактировано Laurana Kanan (2024-02-08 17:55:11)

    0

    6

    – Тогда я напишу несколько писем с обращением к представителям магистрата, – девушка на миг прикрыла глаза, – с предложением устроить встречу…
    – Послезавтра, – закончила она после секундной заминки.
    – Надеюсь, что дня нам хватит на то, чтобы вникнуть в нюансы сложившейся в лагере ситуации, – голос ее звучал уверенно, но вот взгляд, обращенный к воительнице, был скорее вопросительным.
    Попрощавшись с Лоранталасой, Крисания направилась к себе, в задумчивости чуть не пройдя мимо двери своей кельи. И даже узнав ее по специфического цвета ручке, в который ее в шутку покрасили послушницы, заметив несколько раз, что в рассеянности посвященная вполне может проскочить мимо комнаты, она какое-то время, остановившись, разглядывала узоры на деревянной двери, пока ее мысли все еще витали в прошлом.
    Даже войдя к себе и подготовившись ко сну, прочтя молитву и устроившись в постели, жрица продолжала перебирать в голове недавний разговор. То, как Лорана то ли не поняла ее намека, то ли не пожелала рассказывать о наставнике, каким он был в прошлом. И хотя незнание печалило ее, гораздо больше ее занимал последовавший рассказ, судьба беженцев, которые выбрали разные пути. Она спрашивала лишь о тех, кто пошел за Элистаном, но воительница ей дала гораздо больше пищи для ума, чем она рассчитывала. Крисания разбирала про себя историю трех групп, что описала принцесса Квалинести, и задавалась вопросом, какова могла бы быть судьба тех, кто не отделился бы от Элистана, смогли бы они выжить, будучи едины? Все в ней твердило, что да, что иначе быть попросту не могло, и, поддавшись неверному суждению, те люди сами подписали себе смертный приговор. И в тоже время на часть ее вопроса Лоранталаса тоже не ответила. Где обосновались в Соламнии те беженцы, и что с ними сталось? Что ж, похоже и в этот раз ей придется смириться с незнанием.
    Несмотря на сомнения в том, чему хотел ее научить и что показать наставник, ответ принцессы ее успокоил. Получалось, что все же сначала необходимо было установить мир в душах тех, кто пришел искать помощи в своих лишениях, и лишь потом уже налаживать быт. Однако по кратком размышлении она вновь начала сомневаться, ведь в первую очередь люди и прочие существа заинтересованы в пище телесной и крове над головой, а не в духовных поисках.
    Да и предложение эльфийки разделить беженцев в случае неразрешимых конфликтов, не смотря на свою разумность, показалось ей противоречащим тем принципам, которые проповедовал Элистан. Но ведь люди и их беды важнее, чем попытка выдержать какие-то принципы? Или так и бывает, что маленькая уступка становится первой ступенью к большому отступничеству?
    Все эти противоречивые впечатления от, казалось бы, столь непродолжительной беседы, заставляли посвященную прийти к выводу, что поручение наставника не было столь уж простым и очевидным, как это могло показаться поначалу, и дело тут даже не в том, что с подобными задачами она еще не сталкивалась… Однако усталость взяла свое, и Крисания, не завершив раздумий, погрузилась в глубокий сон, который был прерван стуком в дверь.
    Подобное случалось нечасто, обычно жрица просыпалась сама, но тут явно сказался напряженный вечер. Быстро поднявшись и отпустив послушницу, жрица оделась и устроилась за столиком, спешно принимаясь за письма, которые она задумала еще вчера. Когда послания были готовы, посвященная, не запечатывая, передала их служке, наказав тому отдать их Элистану, испросив у него аудиенции. Мальчонка скоро вернулся, чтобы сообщить, что посвященный брат принять ее не может.
    Крисания ожидала нечто подобное, но хотя бы то, что письма ей не вернули, обнадеживало, значит, наставник их принял и поможет разослать, причем с собственной печатью, что имело гораздо больший вес. Утешившись этим фактом, Крисания направилась к кастеляну, чтобы присоединиться к обозу, который уже вот-вот должен был выходить, о чем свидетельствовал стоявший на дворе шум и гам, которого обычно в обители не было. Посвященной быстро нашли место на одной из телег, у которой даже был навес, что, с учетом погоды, было очень кстати.
    Небо хмурилась, то и дело сыпля смесью снега и дождя, а ветер, не переставая, дул со всех сторон, так что полог их телеги в скором времени облепило белым покрывалом со всех сторон, а серая шерстяная накидка возничего покрылась вторым белым слоем. По городу обоз двигался уверенно, но, стоило ему выехать за стены и мощеным дорогам смениться на грунтовые, как дело пошло гораздо медленнее и их спасало только то, что ночью землю прихватил мороз.
    На подъезде к лагерю беженцев наконец-то перестало мести и проглянуло солнце. Не желая более сидеть под навесом, Крисания выбралась на козлы и устроилась рядом с возницей, разглядывая окружающую ее обстановку.
    Видимо также стремясь насладиться лучами выглянувшего из-за туч солнца, из неказистых палаток на грязно-серой ткани которых еще блестели капли влаги, а на скатах крыш лежали снеговые шапки, показались люди, в основном мужчины. Лица их были мрачны и утомлены, а в глазах, обращенных к проезжавшим мимо повозкам, проскальзывала неясная девушке озлобленность.
    – Смотрите, – послышалось откуда-то из-за повозки, – еще одна красотка.
    – Лучше бы, конечно, пару телушек прислали, но парочка баб тоже сойдет, – откликнулся задорный хрипловатый голос откуда-то с другой стороны дороги.
    Крисания старалась не слушать то и дело доносящиеся со всех сторон скабрезности, памятуя сказанное вчера наставником. Но к моменту, когда головная телега обоза, на которой она ехала, наконец-то достигла шатра, где находился назначенный в лагерь представитель администрации, жрица была в гневе, который, впрочем тщательно старалась скрыть.
    Войдя под полог палатки, она окинула присутствующих хмурым взглядом, но просияла, стоило ей увидеть Лоранталасу. Поприветствовав, находившихся в помещении мужчин, жрица направилась к воительнице и, чуть склонив к плечу голову тихо прошептала:
    – Ты давно здесь? Что-то удалось выяснить про лагерь?

    0


    Вы здесь » Musicalspace » Фандомные игры » по плодам их узнаете их


    Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно